Револьвер

  • Молодой человек! Остановитесь на минуточку.
  • Иванов. Игорь, — старик лукаво улыбался, впрочем, дружелюбно. – Так?
  • Я Вас знаю?
  • Вряд ли, — ответил он серьёзно и как-то слишком глубоко заглянул в мои глаза. – Но я знаю, что Вам нужно. Какую вещь в данный момент Вы хотите больше всего. Вот, это Вам.

Старик вынул из-за пазухи и протянул мне завёрнутый в тряпочку предмет. Я взял, развернул. Это был револьвер. Не новый и не старый, незнакомой системы, на Кольт Ломен похож.

  • Это что, шутка?
  • Вовсе нет, — торопливо ответил старик. – В Ваших мыслях, желаниях в последнее время только и слышно, что «пистолет, пистолет». Так часто, так сильно это желание, что… В общем, берите, что есть.

Я не знаток оружия, но в этом, что у меня в руке, чувствовалась внутренняя сила. Не банальная огневая мощь, а сила живая, затаённая. Старик, меж тем, продолжал:

  • Это не обычный револьвер. Из него невозможно промахнуться. Но и просто попугать, пригрозить им нельзя, если уж достал – обязательно стреляй, иначе он не простит, он не умеет отступать. Хозяину придётся занять место врага.
  • Вот так, да? И что же Вы хотите взамен?
  • Ничего, и очень многого. Ровно за 24 часа ты должен израсходовать все шесть патронов. И помни, в небо, в землю, в пустую стену он стрелять не станет. Не найдя другую жертву, он выберет тебя.
  • Игра, что ли, какая?
  • Ну да, со смертью. Четыре часа на выстрел. В среднем, конечно. Врагов-то у тебя хватит?
  • Врагов-то хватит, хватило бы времени.

  • А если я не успею?

  • А ты постарайся, в твоих интересах и выигрыш, и проигрыш.
  • Ну, я пойду?
  • Иди. Время уже пошло. И не забудь: шесть патронов всего, используй их по назначению. Не забудь: целых шесть патронов, не успеешь – оставшиеся достанутся тебе.

Свят. Свят. Бред. Бред. Бред какой-то, но вот он, в кармане, холодный, тяжёленький, больше килограмма весит. Я шёл, словно пьяный, по щиколотку утопая в чёрно-зеркальном асфальте. Мне нужна машина. Торможу на Кутузовском:

  • В Ясенево, командир, сколько?
  • А сколько дашь. Садись, я как раз туда… — симпатичный молодой мужик. ****ь! Я ж думал, ты первым будешь.

Молча ехали, угрюмость на меня навалилась.

  • Я сейчас на Соловьиный, а тебе куда?

Смотрю на него: где ж вы, такие добрые бомбилы, были когда метро и аэропорт взрывали? И вспоминаю, были, помогали людям не за деньги с 200% наценкой, не за деньги вообще. И друзья мои среди них были. И плевались в сторону черножопых бессердечных мразей.

  • У Ханоя останови, пожалуйста.

Ну вот, и он. Литовский, дом 17. Огромным парусом раскинулся типовой домище.
Подъезд, лифт, квартира, звонок.
Лёша открыл. Радостный чего-то. Я было начал:

  • Лёшь, давай, закроем тему раз и навсегда…
  • Закроем, привет! Проходи скорей! – за рукав втянул меня в какой-то сладкий полумрак. Не то, чтобы темновато, а словно свечи кругом, как в церкви, такое впечатление.
  • Я же говорил тебе, он выдюжит, — захлёбывается Лёха, ничего он мне не говорил.
  • Разговаривал с ним сегодня! Врачи обещают, скоро можно домой.

Ах, да! У него же отец в коме семь месяцев провалялся. Выкарабкался, значит. Молодец. Я помню, всегда был крепкий такой старик, размеренный, непоколебимый. Если б не та авария… Но молодец, Фёдорыч, с возвращением тебя.

Алёнка, жена Лёхина чай на стол поставила. Нет, спасибо, правда, не могу:

  • Я пойду, Лёшь. Тороплюсь очень.

Вышел из подъезда, присел на ступеньки, закурил. Прямо передо мной «Кошкин дом». Его так за то прозвали, что он типа в бабскую общагу превращён. Лимита женского пола его оккупировала. А кто ж в Москве без лимитских корней-то остался, думаю.

Я, например! Да, нет, не смогу. Дикость какая-то.

Взял бутылку пива в ларьке. Универсам, напротив пруд – благодать.

  • Слышь мужик? – я выхватил револьвер, рывком обернулся. Бородатое чучело переводит испуганный взгляд с моих глаз на зрачок смертоносной машинки.
  • Я мелочишку хотел спросить. Не будет, нет?

Револьвер в руке живёт уже собственной жизнью.

  • Ну, нет, так нет…

Выстрел. Клянусь, это он сам. Я не хотел. Но вытащил?

Оттащил труп бедолаги поближе к воде, спрятал в кустах. Ну вот, счёт открыт, пять осталось. Прости меня, дядя.
— Чего ж так п-пугаешь-то?- я несвойственно мне заикаться начал.
— А-а-а, сука-а! – зашвырнул бутылку как можно дальше. Редкое пиво долетит до середины пруда.
Выхожу на дорогу, торможу хорошенький «мерс»:
— На Курский!………… – приехал один и с четырьмя патронами. Сижу на конечной кольцевых троллейбусов, думаю: ни одного врага, ни одного врага, ****ь, не достал. Но ты-то, Фейгин, на месте, сука?

Оставил машину в неположенном месте. А мне по подземному переходу через Земляной вал на ту сторону! О, и жвачку по ходу купил. Пусть хоть изо рта хорошо пахнет, коль от мыслей уж…
Как я люблю эти «сталинские» дома! Тяжёлые двери, высокие потолки, невъебенная величественность в лестницах с перилами.

Домофон:
— Вы к кому?
— Это Иванов Игорь, я к Фейгину Исааку Соломоновичу. Он знает.
— А, помню, — там консьерж такой нормальный весёлый пузатик. – Десятый этаж.
— Да, спасибо.

  • Привет, Коль! Соломоныч у себя? – как-то угрюмо сегодня у короля спецодежды охрана выглядит, заметил я.
  • Привет. Пойдём, покурим… — отталкивает меня от двери.
  • Время мало очень, проводи лучше, а?
  • Нет, пойдём покурим.
  • А чё ты траурный такой, Соломоныч что ли умер?
  • Да ни *** , Игорёк, умер ты! – неожиданно.

Неожиданно револьвер оказался в моей руке. Выстрел.

  • Коля, — мы с ним в одном классе учились. Всё на последних страницах своих ученических тетрадок супергероев рисовали. Мечтали стать художниками, мультипликаторами. Не получилось, вот, Лёня Плюха, наш же одноклассник, и на первом канале ТВ поработал художником… Завидую, конечно, белой завистью.

  • Коля, блин. – я держу его на руках, — Коля!

Выстрел был, как громовой раскат в этом акустическом доме. Коля, мать твою!

Я уже не знаю, что делать. Сижу в чужой машине с сумасшедшим писто… револьвером в кармане, три патрона. Я и не сразу услышал, что кто-то скребётся ко мне в окно. На самом деле, деликатный стук полосатой палочкой по стеклу.

  • Лейтенант Никифоров. Ваши права, пожалуйста.
  • На, — а чего всего лишь лейтёха? – Слушай, лейтенант, ты молодой, может, поймёшь меня. Там с правами всё нормально?
  • Да, а тех…
  • Садись рядом, — я достал револьвер.

Что я этому менту могу обещать? Он обречён, и живёт до тех пор, пока… пока это позволяет моё оружие. Если эту фразу аккуратно вырезать и предоставить суду… Только над этим револьвером я не властен. И убивает он не тех, кого хотел бы я.

Осталось два патрона.

Я домой приволокся, разбитый, уставший, даже на окна не взглянул, что там горит свет. Открыл дверь:

  • Ли! Ты же ещё неделю должна…
  • Я соскучилась.
    -Ли! Я люблю тебя.
  • Иди в ванную, я ужин приготовила.
  • Я сейчас быстро.

Я принял душ, почистил зубы, этот ****ый Ломен положил на полочку. Да, достал, не купаться же мне с ним. Я обнимал и целовал Лильку, ужин подождёт, Ломен не намерен был ждать. Он горел страстью и обманутой яростью.

  • Как у тебя здесь?
  • Ну… — замялся я, а что ответить? – А у тебя-то как?
  • Всё хорошо. Полёт нормаль… Это кто?

Я обернулся. Старик.
— Ты забыл в ванной на туалетном столике. Тут ещё целых два патрона, а время истекает.
— Я убил ни в чём не повинных людей. Ни одного врага я не нашёл. Я чуть не сошёл с ума, чуть не стал маньяком…
— Чуть – не считается! Ты принял условия игры? Так и выполняй их! Неужели ты думаешь, что я за тебя буду делать твою работу? Вот, ты его непростительно забыл. Вот, два патрона в нём.

Будь мужчиной. Доведи дело до конца.

PS: некоторые имена, географические названия, обстоятельства и проч. могут совпадать с реально существующими.

Добавить комментарий

www.000webhost.com